Что меняет обучение: интервью со студенткой Школы 7.0

— Наталия, расскажите кратко о себе, пожалуйста.

— Работаю в Москве. Я менеджер по тестированию уже некоторое время. В принципе, уже двенадцать лет работаю тестировщиком. Вначале была другая специальность, тоже техническая, — инженер баз данных. Потом перешла в тестирование, постепенно росла.

  О себе что могу рассказать? Технарь, интроверт — лучше буду писать, чем общаться.  Одно время у меня было сильное желание уйти в аналитику. Как мне казалось , там всё логично, понятно, и минимум общения. В начале трудовой деятельности, когда возникали какие-то потребности в общении, это вызывало у меня первичный ступор, дискомфорт. Совещания — тоже. Сидишь, слушаешь, а правильные фразы приходят уже намного позже, после прокручивания у себя в голове. То есть как бы врожденной такой способности хорошо коммуницировать не было, но как-то жизнь меня всё время направляла, что я буду этим заниматься. Вот так сложилось, что у меня пошло развитие больше в менеджерскую часть. Вначале мне это дико не нравилось, потом я привыкла, а потом поняла, что с этим надо что-то делать: научиться это делать хорошо.

Я понимала, то, что я делаю сама по каким-то своим наитиям, приводит к тому, что мои проблемы возникают и решаются, а потом, через какое-то время возникают похожие проблемы, происходит такая цикличность.. И мне просто захотелось сделать что-то новое, научиться каким-то другим способам разрешения складывающихся ситуаций.

— Вы закончили «Семёрку» по специальности «менеджер», по-моему?

— Всё верно.

— И сейчас в «Девятку» пришли на специальность «руководитель отдела»?

— Да. И параллельно ещё обучаюсь в летнем лагере переговорщиков.

Скажите, откуда информация первоначально взялась? Откуда вы о «Стратоплане» узнали?

— Вопрос интересный. Сразу скажу, что первый раз узнала про школу абсолютно случайно — видимо, в интернете шерстила какие-то материалы по теме саморазвития. Даже подписалась на ваш сайт… и забыла. Наверное, даже на год. Мне приходила ваша рассылка, но я особо не обращала на нее внимание.

Однажды у меня сложилась непростая ситуация на работе. Как обычно, обсуждала я ее с коллегами, и в частности с одной из коллег.  Она у меня на глазах развивалась. Сначала она было «просто коллега», а потом постепенно я замечала, что и поведение её менялось, и её методы в работе менялись в лучшую сторону. Мне всё это очень нравилось, и, в принципе, я её мнением стала дорожить. Мы не так давно были знакомы, но я к ней обратилась за советом, как поступить в моей конкретной ситуации.

Что мне понравилось в ответе — это было не просто выслушать и посочувствовать. Чётко, взвешенно посмотрела со стороны и сказала: вот тут у тебя были манипуляции, тут тебе стоило так поступить… «А вообще, ты знаешь, мы все эти похожие темы отрабатывали в переговорных поединках в „Стратоплане“». У меня сразу — щёлк! Она пояснила, что проходила обучение по специальности менеджера проекта.

Я спросила: «Менеджер проекта — это одно, но у меня-то другая проблема?» Мне надо было научиться общаться с новым руководителем. И она сказала, что если бы я это всё понимала, мне было бы гораздо проще решать мою проблему и, возможно, её бы даже не возникло.

Стало очень интересно. И буквально в тот же день я стала рыться в почте, нашла ваши письма и пришла на ваш сайт, стала читать. Собственно говоря, записалась в седьмой поток по направлению «менеджер проекта». Для меня было не столь важно научиться управлять проектами, сколько решить свои коммуникативные проблемы.

До этих пор, до прихода в вашу школу, у меня не было систематического обучения в менеджменте либо в коммуникациях, и мне этого реально не хватало.

 Вначале особых изменений не было. Я не сильно применяла изучаемые  инструменты и даже столкнулась с трудностями при написании курсовой. Помучила немножко куратора, говорю: «Алиса, я не знаю, о чём писать». Она сказала: «Ну, что-то же вы делали? Что-то вы применяли?» И я, анализируя за собой, поняла, что стала в первую очередь применять ваш алгоритм конструктивной конфронтации просто в работе. На все вопросы бросалась не с шашкой – «Ура, сейчас я всё порешаю», а пыталась разложить это по полочкам. И, в частности, когда возникла очередная интересная ситуация (даже не у меня, а у коллеги), мы её сели и разобрали по вашему алгоритму. Это было как раз перед написанием курсовой. Получается, прошло где-то месяца два. И я поняла, что да, эти инструменты как-то незаметно вошли в мой мозг и мне интересно их пробовать.

Я прямо чётко шла уже по такому пути: «не знаешь, что делать, — наводи прозрачность». Не понимаешь, что происходит, — а давай-ка по алгоритму конструктивной конфронтации пообщаемся. Эти новые инструменты мне помогли легче пережить мой период адаптации в новой команде

 Помогает при адаптации на новом месте? Применяете?

— В решении повседневных вопросов я стараюсь больше свою команду тестирования учить работать по таким подходам. Если есть проблема, значит я должна как поступить? Своевременность, адресность и прочее. Если есть какой конфликт, как мы его решаем? Так-то и так-то. Я просто это передаю как знания, как лучше нам всем вместе работать, улучшать нашу работу.

В своей команде я вижу, что у меня на глазах один человечек изменился. Я про него и в дипломе ссылалась. Вижу, что меняется подход к некоторым вопросам. Очень хорошо. От эдакого неприятия, какого-то нежелания говорить о проблемах, нежелания работать в команде пришли к взаимодействию. Постепенно к этому человеку удалось нащупать ключик, и он раскрылся, и в команде в том числе стал лучше проявляться. Видимо, всё-таки какое-то взаимодействие идёт. По крайней мере, мне кажется, люди меняются.

— А в себе, в своем восприятии мира, какие-то изменения заметили?

 Да, я заметила за собой изменение поведения в критических ситуациях. Именно за собой. Как мне сказали близкие, «ты стала более занудной». Раньше я, как все нормальные люди: как бы вот проблема, давайте посидим, порасстраиваемся, поговорим, как всё плохо. Теперь Наташа берёт ручку, бумажечку и начинает говорить: «А давайте попробуем вот так». Может быть, это моя увлечённость инструментом. Мне это зашло, мне это нравится, потому что удаётся переключаться и решать проблемы.

— Что дальше, Наталия?

— Я достигла определённого уровня, и мне хотелось бы развиваться дальше по карьерной лестнице. Текущий курс «Менеджер проекта», по сути, помог мне систематизировать то, что я изначально получила каким-то неявным способом, дал мне новые знания. Но, фактически, это сохранение и укрепление  той позиции, которая у меня сейчас есть. Я просто могу её применять не только как менеджер по тестированию, но теперь и как менеджер по проектам.

Я задумалась, хочу ли мне «уйти в бок» или всё-же попробовать шагнуть выше. Подумалось, что в дальнейшем хотелось бы стать руководителем отдела по тестированию. Мне это интересно. Я стала понимать, что у меня это может получиться. И я решила ещё раз прийти за дополнительными знаниями. Узнать что-то новое.

Осознание, что для карьеры что-то надо делать, пришло для меня в конце прошлого года. Именно осознание, что нужно не просто быть в хороших отношениях с руководителем, на хорошем счету, — а реально что-то делать для роста. И что отношения с руководителем можно и нужно менять какими-то своими поступками явными. Для меня это стало откровением. Я поняла, что этим надо заниматься. Я этого хочу, и поэтому я хочу продолжить обучение.

Я не могу неподготовленной бросаться в какое-то дело, и поэтому обучение в том числе придаст мне уверенности. Я уверена, что оно добавит мне новых знаний. Если будет какое-то пересечение материала — ничего страшного: как говорится, повторение — мать учения. Собственно, для этого я и пошла.

Хочу узнать новые инструменты. Не знаю, какие будут. Я поняла, что тут ещё, как говорится, непаханое поле. Надеюсь, что действительно смогу изменить к лучшему свою позицию по результатам обучения.

— Наталия, какие выводы вы вынесли из обучения?

— Я поняла, что на вкус и цвет не все фломастеры одинаковы. Например, помню, было в курсе по управлению проектами, что Иван Селиховкин начитывал, про пользу саморефлексии. Для меня было неожиданно, что саморефлексия — это добро, а не копание в своих проблемах. Классно, попробовала. И мне ещё понравилась фраза Ивана: «Я подумал, что я больной, что работаю по синусоиде». Я подумала: «Хм, а ведь я тоже так работаю. Значит, люди с этим как-то справляются, и неплохо».    Мне понравилось, что вот эти ярлыки, которые обычно вешают на нас, как я поняла, не являются приговором. Любое поведение, в принципе, можно изменить, если хочешь это изменить. Если испытываешь какую-то потребность и текущее поведение доставляет дискомфорт. Мне доставляло дискомфорт, я не любила общаться. Мне было проще написать письмо, чем поговорить, или поговорить по телефону, чем поговорить лично. Мне было просто страшно во многих ситуациях. А сейчас, по сути, я понимаю: ага, у меня есть шаблон беседы. Всё, заготовки есть, а по шаблону всегда проще. Снижается страх первого шага. Ты чётко знаешь, с чего начать. Ты, в принципе, представляешь, с чего начать беседу; ты понимаешь, как она может развиваться. Это облегчает жизнь.

Я не думаю, что мой характер радикально изменился, но я теперь этого и не хочу. Я поняла, что я могу его адаптировать и не испытывать тех неудобств, которые испытывала раньше.

— Большое спасибо, Наталия, за подробные и кое-где неожиданные ответы!

— И вам спасибо!

 



Share This

Поделитесь с друзьями

Или сохраните для отложенного чтения